В Тронном зале он все порывался пролезть под ограждение и посидеть на троне. И хотя Лена понимала, что он нарочно ее пугает, что в зале много народа, и он никогда не решится, она все же испуганно хватала его за руку. Он беспрерывно жевал резинку и прилеплял липкие комочки на бархатные стулья и скамейки. Лену трясло от стыда и отвращения, но что было делать? Какая же она дура, что отдала ему номерок, то есть он сам его забрал. О том, чтобы уйти, не было и речи: на все Ленины уговоры он только смеялся ей в лицо.

В зале с фарфором никого не было. Он быстро увлек Лену в темный угол и показал маленькую круглую коробочку, прикрепленную к стене.

– Знаешь, что это?

Понятия не имею! – угрюмо буркнула Лена.

– Это сигнализация. А вот какая на кражу или пожарная, мы сейчас узнаем.

И не успела Лена моргнуть, как он закурил, направив струйку дыма прямо на коробочку.

– Ты что, с ума сошел? – испугалась она. – Сейчас как зазвенит!

Но ничего не произошло, даже музейная тетенька, находившаяся в соседней комнате, не взглянула в их сторону.

Либо не пожарная, либо вообще у них тут ничего не работает, – разочарованно пробормотал Ленин спутник и загасил сигарету.

Лена раздумывала: может, закричать? Указать на него служительнице как на злостного нарушителя? Но он без труда убежит от тетки – вон она какая пожилая. И унесет Ленин номерок, а тетка может вцепиться в Лену, и ей же еще достанется.

Они шли по залам, Лена уже не смотрела по сторонам. Он наступал на ноги многочисленным иностранным туристам и, нагло глядя им в глаза, говорил: «Sorry!». Лена плелась сзади, как верная собачонка, и умирала от стыда.

– Хватит! – взмолилась она наконец. – Прекрати немедленно! Зачем ты это делаешь?